Космонавт Сергеев

Рейтинг: (4.67)


Виктор Шурлыгин

— Ну да, ну да, — повторял он, не слыша собственного голоса. — Конечно, это ты!.. Триста километров!.. Стой, — заволновался он. — Ты что, пешком шла?

— Понимаешь, Саня, я бы и пешком пошла, да меня товарищ генерал подобрал.

— Генерал? Какой генерал?

В глубине комнаты смущенно кашлянули, и тут Саня, будто сквозь пелену, увидел за журнальным столиком столичного генерала.

— Наталья Васильевна пыталась выяснить в штабе округа месторасположение вашей части, — сказал генерал. — Я туда по делам летал. Пришлось захватить.

— Ой, Саня! — Наташка юлой вертелась вокруг него, снимая фуражку, китель, галстук. — Я сама самолетом управляла! Здорово!

— Самолетом?

— Ну да. У Николая Дмитриевича свой самолет и замечательный экипаж. Они посадили меня в кресло, дали наушники, и я выдерживала этот… Товарищ генерал, — засмеялась она, — какой ноль я выдерживала?

— Вы, Наталья Васильевна, — улыбнулся генерал, — держали КУР ноль. То есть курсовой угол радиостанции был равен нулю, и самолет, управляемый вами, шел точно на радиомаяк. Попросту — на дальний привод.

— Вот! — Наташкины глаза сияли счастьем и гордостью. — Понял, Саня? Я вела самолет точно на твой аэродром! Ну и посадочка у нас была! — похвасталась она. — На три колеса!

Не отрываясь, Саня, как в детстве, смотрел на старого надежного друга, всем существом ощущая — не подвернись генерал со своим самолетом, Наташка все равно бы нашла его! Истоптала бы лучшие модельные туфли, изодрала в кровь ноги, прошла лесами и болотами, а нашла бы. Не хныча от боли и усталости, нежданно ввалилась бы в комнату — веселая, сияющая, гордая, — забралась бы с ногами в кресло, сказала: «Понимаешь, Саня, тут у вас такие непроходимые дебри — весь капрон изорвала. У тебя есть йод или зеленка? Тащи скорее!» Наташка, его Наташка кружилась вокруг, и это казалось самым невероятным чудом из всех чудес. В одну минуту он почувствовал на ногах мягкие тапочки, фуражка, китель, галстук, ботинки куда-то исчезли, нежные, заботливые руки усадили Саню в кресло, размешали сахар в его чашке.

— Вот, товарищ генерал, Николай Дмитриевич, — словно издалека доносился строгий Наташкин голос. — Человека до того замотали на службе — лучшего друга Пятницу не узнаёт!

Генерал засмеялся.

— А Саня у нас, между прочим, настоящий герой! — обрезала его Наташка.

— Геро-ой?

— А вы как думали? Мы с ним однажды таких здоровых хулиганов поколотили — только держись! До сих пор вежливые люди. Да, Сань?

— Вы что, Сергеев, — с любопытством спросил генерал, — спорные вопросы решаете на кулаках?

— Да мне тогда восемь лет было, товарищ генерал, — засмеялся Саня, окончательно приходя в себя, — а Пятнице, то есть Наталье Васильевне, — шесть. Она замечательный домик из песка построила, а два балбеса… — Не договорив, он вскочил из-за стола, всплеснул руками: — Наташка! Какой подарок я тебе приготовил — закачаешься! Стой, не падай!

С радостным возбуждением, чувствуя, как плещется в нем, просится наружу бесконечное, ни с чем не сравнимое счастье, бросился развязывать пакет. Шуба произвела фурор. Наташка прыгала, сияла, открыв дверцу шкафа, вертелась перед зеркалом. Генерал с улыбкой похвалил Санькин вкус и, взглянув на часы, поднялся.

— Знаю, Николай Дмитриевич, — засмеялась Наташка. — Сейчас вы поцелуете мне ручку, а потом тихо закроете за собой дверь. Чтобы я не слышала ваших секретов. Ладно, — великодушно разрешила она, — секретничайте. Только недолго.

И генерал, действительно, поцеловал Наташке ручку, а выйдя в прихожую, осторожно притворил за собой дверь.

— Александр Андреевич, — негромко сказал он, и Саня понял, что генерал хорошо знаком с его личным делом, с биографией, со всей жизнью. — Оставьте воспоминания до следующего дня. Постарайтесь хорошо выспаться. Это приказ. В пять утра вас разбудят.

— В такую погоду? — с сомнением спросил Саня.

— Да, — генерал крепко пожал ему руку. — В любую погоду!

Глава 8
Задание

Саня проснулся, как от толчка.

Постояв немного в задумчивости, он включил на кухне свет, достал чистый лист бумаги, шариковую ручку, аккуратно вывел: «Наташка! Ты настоящий друг! Я тебя люблю! Не волнуйся, если сегодня немного задержусь. Саня». Осторожно, ступая на цыпочках, прошел в комнату, где безмятежно, как ребенок, подложив ладошки под щеку, спала его верная Пятница, сунул записку под вазу.

— Саня, — заворочалась на тахте Наташка. — Возвращайся скорее, ладно? Я тебе привет от мамы передам и варенье… За шубу отругаю… Я же не знала, что шуба такая дорогая…

— Это пустяки, — сказал он с нежностью. — Спи. Я приду сразу, как освобожусь.

Часы показывали без одной минуты пять.

Слетев вниз по лестнице, Саня толкнул дверь парадной, но она не поддалась. Он налег плечом, с трудом протиснулся в образовавшийся проем; шквальный ветер ударил в лицо, прижал, словно пригвоздил к стене. И тотчас несколько пар сильных рук метнулись к нему от бронетранспортера, втащили в кузов. Взревел двигатель. Мощная машина, кренясь и покачиваясь, тяжело пошла навстречу урагану.

— Какой ветрище! — стараясь перекричать вой и скрежет, бросил Саня.

— Северный. Пятьдесят метров в секунду, — хрипло объяснил из темноты майор Громов. — Крепчает с каждой минутой!

— Мы пойдем в паре?

— Не знаю! — Тоном человека, которому необходимо сберечь силы для трудного и опасного дела, майор оборвал разговор, и всю дорогу до штаба они молчали.

Они молчали, поднимаясь по гулкой бетонной лестнице на второй этаж; молчали, когда официантка Клава — свежая, румяная, в белоснежной наколке и красивом переднике, сделав реверанс, подала в кабинет Командира завтрак: два яйца всмятку, салат из свежих помидоров, тушеное мясо с овощами, шоколад, кофе; молчали, когда на пороге появился мрачный как туча генерал Матвеев; молчали, когда Командир запрашивал у синоптиков погоду, — синоптики обещали светопреставление. Командир швырнул трубку и поднял на них усталые глаза.

— Через час, — он ткнул пальцем в карту, лежащую на столе, — в этом районе должен приземлиться спускаемый аппарат космического корабля. Ввиду сложной метеорологической обстановки Центр управления полетами обратился к ВВС с просьбой оказать содействие Группе поиска.

— Группе поиска? — Вечный комэск задумчиво посмотрел в окно. — Они что, работают?

— Точно так, — жестко ответил генерал Матвеев. — Работают! И ждут вашей помощи.

— Понимаю, — протянул Громов. — Только взлететь при таком боковом ветерке не удастся — угробим машины и косточки свои не соберем.

— В нашем распоряжении сорок четыре минуты, — хмуро сказал генерал. — Какие будут предложения?

— Нам бы только взлететь, — словно не слыша его, продолжал вечный комэск. — А там пойдет как по маслу. Но как взлететь? Крылышки не распустишь — сразу опрокинет. — Он с надеждой посмотрел на Саню: — Чего молчишь, светлая голова? Включай форсаж!

19

Жанры